Грех в твоей крови - Дана Мюллер-Браун

– А это так?

Он кивает и подходит ближе, но, видимо, старается держаться на безопасном расстоянии. Как завороженная, я смотрю, какой он высокий, и чувствую его мощную ауру.

– К сожалению, мы оба знаем, что у этого чувства нет будущего.

– Раньше в этой комнате ты говорил другое, – напоминаю я ему, хотя и прежде не воспринимала это всерьез. Я уже тогда знала, что это пустые обещания. Но мне больно от того, что он сейчас просто соглашается с этим.

– Я знаю, что был ослеплен собственным вожделением, Навиен. Этого не должно было случиться.

Голос у него резкий, как и у меня.

– Все в порядке. Я ведь тоже этого хотела.

Он сжимает кулаки.

– Я провожу тебя в твою комнату.

С этими словами он подходит к двери, открывает ее и ждет, пока я последую за ним.

Когда мы подходим к моей каморке, он снова начинает говорить.

– Я действительно очень сожалею. Обо всем. Как только я смогу тебе рассказать, почему мне пришлось так поступить, я это сделаю.

Я киваю и хочу уйти, но он меня останавливает и наклоняется. Но прежде чем он успевает меня поцеловать, я отшатываюсь.

– Не делай этого.

– Прости, – говорит он, проводя рукой по волосам. Выглядит он при этом потерянным. – Мне бы очень хотелось все как-нибудь исправить.

– Ты мог бы не отсылать Миела.

Он прищуривается.

– Это из-за него ты не хочешь меня поцеловать?

– Тебя именно это беспокоит, Лиран? – Я фыркаю. – Я считала, что у тебя так много хороших качеств. Но ни одного из них у тебя нет.

Я вспоминаю о словах ангела и впервые ясно осознаю, что Лиран никогда по-настоящему меня не защищал, я никогда не была для него на первом месте. Разве не так должно быть, если он действительно хочет быть со мной, как он утверждает?

– Я всегда оставался самим собой.

– Это так, только увидела я это лишь сейчас.

Я вырываюсь и забегаю в свою комнату. Как я могла быть такой слепой? Миел всегда был рядом. Он не хотел меня наряжать и заставлять изображать княжну. Он хотел именно меня. Такую, какая я есть. Хотя даже это не отменяет того факта, что Лиран продолжает для меня что-то значить.

Я всегда воспринимала его как сильного и могущественного человека. Но в последние встречи я заметила в нем слабость.

* * *

Я ложусь на кровать и в какой-то момент погружаюсь в беспокойный сон. Когда утром раздается стук в дверь, я сразу просыпаюсь и вижу, как входит Мирал.

– Госпожа, – приветствует она меня. Я поднимаюсь и улыбаюсь ей.

– Ты больше не должна меня так называть. Я Навиен.

– Я рада, – говорит она, слегка поклонившись. – Мне нужно подготовить тебя к свадьбе. На самом деле я просто должна скрыть синяки у тебя на лице.

Я киваю, хотя даже не знала, что они там есть. Она их пудрит, а затем протягивает мне новые черные кожаные брюки и рубашку в тон. Я помню, как много раз я хотела снова надеть свою одежду героя. Но сейчас, хотя я и рада, что могу носить ее вместо платьев, это решение за меня принял кто-то другой.

Когда я вспоминаю, как Лу предлагала мне выбрать что-то из платьев, на лице у меня непроизвольно возникает мучительная гримаса. Мне больше никогда не позволят этого сделать. Когда я заканчиваю переодеваться, Мирал заплетает мне косу и улыбается.

– Нас ждет великий день.

Голос у нее взволнованный, как у ребенка, поэтому я улыбаюсь в ответ и воздерживаюсь от комментариев.

– После того как они поженятся, будет праздник. Там ты торжественно принесешь клятву.

Я киваю и делаю вдох. Глубоко дышу. Когда я наконец выхожу из своей комнаты, Авиелл меня уже ждет. На ней красивое белое платье, она лишь мельком оглядывает меня и направляется вперед. Я иду за ней следом. Все как раньше. Я ее телохранитель.

Я рождена для этого. Но почему во мне так много разных чувств, если я существую всего лишь для этого? Это неправильно. Я помню слова Миела, что это князья украли наши титулы. Но ведь именно с этим Лиран и Авиелл хотят бороться. Так что то, что я делаю, правильно и хорошо.

Я беру себя в руки и открываю разум другим героям в замке. Сначала меня немного оглушают их команды и голоса, но потом я привыкаю и отправляю сообщение, что будущая княгиня уже в пути.

Мы выходим из дворца и направляемся к карете. Я оглядываюсь вокруг, потом следую за Авиелл и тоже туда сажусь. Но, оказавшись на скамье напротив, стараюсь на нее не смотреть.

Она молчит. До тех пор, пока мы не проезжаем через толпу людей и не оказываемся перед громадной церковью, которую я во время своего первого посещения княжества не видела.

– Сейчас ты на своем месте, Навиен.

Она произносит это ласково и тепло.

Но я не воспринимаю ее слова. Больше не воспринимаю. Хотя она наверняка считает иначе.

– Видишь церковь?

Я моргаю, затем смотрю в окно и киваю. Внутри у меня все сжимается.

– Ты никогда там не встанешь и не скажешь «да». Это здание для мира света и князей, у которых нет демонической крови.

Я хочу вдохнуть, но мне не хватает воздуха.

– Помни о том, кто ты есть. И о том, кто мы с Лираном.

Наконец у меня получается вдохнуть, и я смотрю на нее.

– Я тоже из мира света, – говорю я твердо и спокойно.

Она скрещивает руки на груди.

– Я это знаю. Но в тебе есть и темная часть.

Я киваю, потому что не хочу больше с ней разговаривать. Не могу. Я больше не тот человек, которого она может считать своим собеседником.

Когда дверь открывается, я выхожу первой. Люди повсюду приветствуют Авиелл, а те, кто узнает меня, бросают злобные взгляды. Перед церковью я замечаю Сантоса. Мне хочется убить его на месте. Рядом с ним появляется Лакрос. Он вызывает у меня еще бо́льшую ярость. Но внутри я чувствую какое-то удовлетворение от того, что мне удалось их одурачить и сбежать.

Когда Авиелл выходит и раздаются аплодисменты, я провожаю ее взглядом. Она так прекрасна. Я отворачиваюсь, понимая, что испытываю зависть. Да. Как бы я ни презирала себя за это, я завидую Авиелл.

Я снова оглядываюсь, потому что в конце концов это моя обязанность, и вдруг встречаюсь со взглядом зеленых глаз. Всего на долю секунды, а затем все исчезает. Но я уверена, что это произошло на самом деле. Архангел здесь или